-lekciya-b.b.avadhut.mj moskva Epoha kali-(rus)

Представить какие-то самые простые вещи: хлеб теплый спечь, для них была мечта — хлеб съесть. Сейчас человек приходит в супермаркет, он видит тысячи блюд, тысячи продуктов.

Мне понравилось, я был в тюрьме. У нас есть новый преданный такой, он работает в американской нефтяной компании, в Сибири работает американская компания. Удивительная вещь - почти сейчас весь бизнес скупают всякие западными компаниями. Нормально платят деньги.

Мне понравилось, этот человек говорит: «Я не заморачиваюсь на еду особо. Ну вот, мы летим на вертолёте куда-то. Потом нас привозят с геологической разведкой, у нас городок. Ну и люди какие-то заморачиваются: кто-то себе что-то готовит, мясо жарит два часа, кто-то там еще что-то. Я просто беру вечером горох водой заливаю, утром прихожу, смотрю и нормально, раз, со сметаной поел, ну и книгу читать духовную. А люди, они отработали, и потом они начинают что-то жрать, потом они начинают какие-то вещи примерять, одевать. Я говорю: “В тайге вообще некому показывать эти вещи, некуда ходить в кроссовках”, а они все равно...». Да, человек, он настолько привык к поверхностным вещам.

Поэтому когда мы говорим: “А что такое сознание Кришны?” Прабхупада сказал такую вещь: «Простая жизнь, возвышенное мышление». Я бы немножко его фразу перефразировал, я бы сказал: «Здоровая жизнь, возвышенное мышление». Почему? Потому что простая жизнь делает человека здоровым. Он очень просто ест, ему не нужно много места, ему не нужно много лишних вещей, но у него есть цель.

Вот потрясающая вещь, когда мы говорим — Европа, что там в Европе происходит? Вот на пути либерализма после Второй мировой войны, огромных жертвы. После войны у людей была цель — восстановить экономику, страну. Потом, когда это все произошло, европейцы… У нас, слава Богу, никогда не произошло, мы наоборот, живём в другой крайности: у нас может парадигма смениться, там у нас то Ленин, то Иисус Христос, то там…

Раньше был, я помню, фильм «Покаяние», все были в шоке от ужасов Сталина. Сейчас едешь, смотришь, там маршал Жуков, Сталин висит: «С 9 мая, товарищи!» То есть, тренды постоянно меняются, но у человека, европейского жителя, у него не осталось особо никаких… Вот какая цель?

Спрашивают людей: «У вас какая цель?». Они говорят: “Работать! Вот мы бельгийцы или французы, работать не 40 часов в неделю, а 30 — это наша цель. Чтобы работать не пять дней а четыре, чтобы с работы уходить не в пять, а в три”. У людей такие цели. Ну как бы, типа: “А в чем смысл жизни?” — “Смысл жизни? А что, должен быть смысл какой-то? Жизнь — она сама просто бессмысленная. Смысл жизни — это сколько часов ты работаешь, сколько ты ешь, сколько ты наслаждаешься”.

Я удивляюсь вообще, что никто еще не придумал политической партии геймеров, например. Придумали же типа партия христиан, партия того, я бы сделал политическую партию «Warcraft». Представляете, никто не догадался, я думаю, что скоро сделают, типа “Геймерская политическая партия”, и т.д. Почему? Что такое политика? Люди вообще ничего не понимают.

В Писаниях сказано, что самое ужасное, обман — это демократия, и прямо в писаниях написано, что миром будут управлять шудры в костюмах царей. И будут они управлять в Кали-югу лозунгами, типа: «Кто был никем, тот станет всем!», «Умереть надо в борьбе за «это»!» Что такое «это» никто не знает, но за «это» надо умереть. “Кто был никем…”, то есть ты — никто, но ты — всё. Вообще какие-то такие перевернутые совершенно идеи. Но люди хавают, они хавают эти все вещи, и они вот так вот живут. Поэтому в Писаниях сказано, что человек в Кали-югу будет полностью потерян.

На самом деле, это кажется, что образованные люди, никто ничего не знает. Даже не знают, как там, не говоря о том, чтобы корову подоить, как дойти до Красной площади не знают люди. Это так называемые образованные люди. А если вы хотите историю, то станьте историком. Мы видим, что каждое государство, каждая культура переписывает историю под себя. Причем удивительно, она разрушает самое...

Вот например, когда Рим разрушился, в православном храме византийском построили самую большую мечеть. Причем не стали заморачиваться особо, храм — это хорошее здание. Взяли просто крест убрали, повесили там Сура на Коране. Мусульмане пришли в Индию, разрушили место рождения Рамы, построили там мечеть тут же. Или в Матхуре — место рождения Кришны, а рядом тут же мечеть.

И на самом деле, нет основания предполагать, что место рождения Кришны именно там, где мечеть. Скорее всего, они там её и построили, но брахманы потом чуть позже перенесли, там 100 метров, это трансцендентное, ничего не влияет. Но каждая культура, ну как бы строит свое мировоззрение, причем она даже не заморачивается особо бесстыдно, одно поглощает другое. И так люди живут в Кали-югу, у них вообще никаких не остается ни представлений ни о добре, ни о зле, ни о истине, ни о том, что духовно, что не духовно.

Потому что бабушка там: “Нас еще учили в школе, в нашем поколении, что религия — это зло”. Бабушка вообще какая-нибудь пилила кресты. Я помню раньше в церквях в совковое время клубы какие-то, заводы. У нас была в Лахте церковь, я помню у меня у друга мастерская была, он там яхты делал. Потом пришли, всех детей этого яхт-клуб, сказали: “Всё, идите нафиг отсюда, здесь теперь будет церковь”. Приехал батюшка с такой ряхой, еще толще чем у меня, раз и там свечи пошли, какая-то торговля, машины, яйца, прихожане. Но дети там остались: «А где нам спортом заниматься?» — «Да идите сюда куда-то там в лес, там и занимайтесь спортом, кому вы нужны. Сейчас у нас все изменилось, у нас все к лучшему». Такой вот мир.

И человек потерян, полностью потерян. Вообще, на самом деле, человек никому не нужен. Потому что в системе современного общества человек — это придаток. Ну он придаток, в супермаркете нужен упаковщик, в правительстве нужен кто? Ну понятно, что правителей там не мало, а правителям кто нужен? Мент. Давайте менту будем платить в 3 раза больше зарплату.

Представляете в нашей стране менты получают деньги огромные. Они же ничего не производят, вообще ничего не производят. Ну что может мент произвести? Он только ходит, смотрит. А на него надо еще 10 других ментов, чтобы они смотрели за ним, чтобы он чего-то там не стырил. И получается, что 30% населения — бюджетники, 30% населения — женщины, дети, инвалиды, спившиеся люди, старики, 10% — бизнесмены, из них каждый десятый сидел в тюрьме, на него наезжала налоговая полиция.

Мы думаем: “О у нас самая великая нация, мы самые великие люди”. Почему мы великие люди? Никто ничего не знает. Типа: “Почему вы — великие люди?” — “У нас Достоевский”. — “А вы читали его?” — “Нет, конечно. Ничего Я не читал, чего вы меня парите. Анекдоты я читаю в интернете на работе, какой Достоевский, о чём? Ничего я не знаю”.

Пир во время чумы, безумие, по сути дела, безумие. Что делать? Как вообще развиваться человеку духовно? Может ли он получить какой-то шанс на соприкосновение с истиной? Оказывается, что да. Удивительная вещь, но каждое время оно было по-своему безумно.

Сейчас не самое плохое время на самом деле. Если говорить о нашей многострадальной родине, то викинги весной приплыли и всех угнали в рабство, то татаро-монголы, все ушли в леса жить. Если говорить о нашей истории, то ничего хорошего никогда не было.

То пришел Иван Грозный, взял и пошел, татаров, просто геноцид, вырезал всех. Татары ослабли, ну и думает: “Сделаем из них татар карликов”. И казнил всех нормальных, а оставил маленьких. Ну и потом еще подумал: “Ну что, казнил татар, надо еще своих тоже казнить”. Всегда были в России геноцид, невежество, патриархов регулярно убивали в истории России. Одного патриарха задушили, второй патриарх сам умер, третий вообще, Петр Первый сказал: “Нафиг, я буду решать, кто в церкви главный!”, четвертого патриарха назначило НКВД. Такая вот жизнь была в России всегда.

Но при этом, мы говорили с Варданом, всегда существовали в России странники и молитвенники. Они не были такими совсем оторванными бомжами, но были люди, которые жили духовной жизнью, они не были привязаны к материальному. Они были попрошайки. Ну, люди из Сибири ходили в Иерусалим, представляете? Люди из Сибири брали котомку сухарей, причем никаких не было гостиниц, мотелей. Пешком, весна, лапти, анучи какие-то.

И были люди, которые миряне, воцерковленные, они просто принимали странников: хлеб давали, кормили, общались с ними. Удивительная вещь, я приехал в Оренбург, люди простые, очень просто живут, скромно, но готовы поделиться, готовы тебя выслушать, интересуются.

И всегда была духовность, она никогда не была официальной, она всегда была на народном уровне. Духовность невозможно насадить, она сама по себе, это как потребность человека в еде, в воздухе. И когда мы говорим о сознании Кришны, тоже самое. Есть такая глубочайшая потребность у людей в духовном общении, в постижении каких-то вещей, в изучении книг.

До сих пор Россия — читающая страна. Люди здесь читают книги. Я был удивлен, где-то там в регионах люди читают Бхактивинода Тхакура, Вишванатха Чакраварти, вопросы задают: «А вот у Вишванатха Чакраварти написано там, «Шестая стадия развития любви к Богу такая-то». Я говорю: «Что?». Мне говорят: «Ну вот там написано, шестая стадия развития любви к Богу, можете прокомментировать?». Я говорю: «Ну напомните, я что-то санскрит не помню уже, что там такое, о чем там идёт речь?» — ”Вот о том-то, том-то”.

Я удивлен, я думаю, дух человека ничто сломить не в состоянии. Если человек стремится к истине, никто ему не может помешать. Все, что окружает человека, может быть только ему во благо. Каким бы трудным и сложным это не было.

Вот мы говорили с Варданом о том, что когда Чайтанья Махапрабху пришел в Индию, в принципе — это был Према-аватар, который принес любовь к Господу. С одной стороны, Писания говорят, что когда приходил Кришна, все вошло в гармонию, все было благоприятно, все хорошо, там коровы, там молоко лилось у них из вымени, телята.

Чайтанья Махапрабху пришел и несмотря на то, что все преисполнилось счастьем, но приход Чайтаньи Махапрабху описан, и процесс прихода Шри Чайтаньи Махапрабху описана, в принципе, глобальная катастрофа в Индии: Индию захватывает Хусейн Шах, Бенгалию, представляете, да? И вплоть до того, что в самой Индии запрещается воспевать Святые имена.

Брахманы как бы находятся под страхом, комьюнити брахманов, ортодоксов, они тоже говорят: “А там эти кришнаиты, что же они поют-то, а то они поют, а нас из-за этих кришнаитов, так сказать, напрягут мусульманские правители”. И те, кто приняли ислам оккупировано, они тоже думают: “Не-не. Нафиг, Всё-таки я получил нормальное место в оккупационном правительстве, налоги собираю”. Потому что Хусейн Шах, когда захватил, любые захватчики, как помните, там немцы пришли, там вот полицаи, самоуправление, свои деньги ввели.

И удивительная вещь — Бенгалия захвачена, оккупирована, люди в страхе, в шоке, происходят террор, убийства, на какие-то непокоренные области нападают патаны. Патаны — это мусульманские в чёрном всадники, которые всех рубят в клочья. И в это время Хусейну Шаху задают вопрос. У него два министра: Рупа и Санатана Госвами, Сакар Маллик и Дабир Кхас — великие вайшнавские святые, они были...

Великие вайшнавские святые, наши учителя — Рупа Госвами и Санатана Госвами при дворе Хусейн Шаха, они были министрами. В Писаниях, в “Чайтанья Чаритамрите” описано, почему они были министрами, — это были умнейшие люди того времени, и мусульмане были очень грамотные, они понимали, что без интеллигенции никуда не денешься. И вот они самых образованных, самых продвинутых людей того времени, они говорили так: “Либо ты работаешь на правительство, либо пострадает весь твой род или всё твое сообщество”.

Они подумали: “Если мы пойдем на службу оккупационного правительства шаха, то мы, по крайней мере, сможем влиять как-то на политическую ситуацию, на брахманов” и так далее. И вот они приняли как бы ислам, потому что никто не мог тебе разрешить работать на правительство, если ты не мусульманин. И внешне они приняли ислам. Они, будучи очень образованными людьми, знали Священные Писания, как “Шримад Бхагаватам”, так и все книги на арабском языке, “Коран”, персидский, потому что в то время фарси и арабик — это были государственные языки, на которых бумаги составлялись и так далее.

И говорят, что во времена правления Рупы Госвами и Санатаны Госвами, они ввели определенные налоги, финансовые сборы, они очень сильно реформировали государственную систему, потому что талантливые люди были. И их вызывает к себе Хусейн Шах и говорит: «Я слышал, что Чайтанья Махапрабху некто есть здесь», Он шел.

Понимаете, да? Идет Чайтанья Махапрабху, поет санкиртану, за Ним идут в безумном состоянии огромные тысячи людей, а другие люди идут, и они вырывают руками. Он говорит: «Поэтому они перекопали все дороги. Почему? Потому что люди хотят получить пыль со стоп этого Великого святого. И что Он делает? Он поет Харе-Кришна Маха-мантру, Он не делает различия между мусульманином, индуистом, джайнистом, буддистом, и все люди начинают испытывать невероятный прилив любви к Богу. И ты мне хочешь сказать, что это не стоит моего внимания?».

И Хусейн Шах говорит Рупе Госвами, своем министру, говорит: «Если я не заплачу своим солдатам жалования на протяжении трех или четырех месяцев, они ворвутся во дворец и пошинкуют меня этими же самыми саблями на колбасу. Я понимаю прекрасно, что я управляю только террором и страхом. А ты хочешь сказать, что Тот, кто управляет любовью, Тот, кто полностью покоряет любовью, эти люди следуют за Ним, Он ничего им не платит? Мало того, что они готовы полностью отдать жизнь ради Него. И ты хочешь сказать, что это не стоит моего внимания?».

Ну, естественно, Рупа Госвами говорит: «Ваше Величество, конечно же, это удивительная вещь, но что вы думаете?». И тогда Хусейн Шах говорит: «Я вам скажу, что я думаю. Я думаю, что тот, кого наши священные писания называют Аллах или Кода или Всевышний Господь, а хинду называют Рама или Кришна, я думаю, вот Он воплотился в облике этого Шри Чайтаньи, поэтому пишите мой царский указ». И он пишет царский указ, тайный указ: “Ни в коем случае никому из постов, никому из соглядатаев, шпионов, ментов под страхом смертной казни не мешать кришнаитам петь «Харе Кришна». Полностью игнорировать”, и такой указ.

И ночью в Шривас-ангаме был такой момент, когда Шривас Тхакур перед тем как Гауранга принял санньясу, вышел в мир, они воспевали Харе-Кришна Маха-мантру в доме, в доме Шриваса. Индийский дом — это, те кто знает, такие стены, глинобитные такие, как бы двор закрытый. Индусы так строят дом, двор, и в доме всегда есть маленькое место поклонения, ну типа внутренний дворик, как у японцев, такой внутренний дворик. Он стенами огражден, и там есть место поклонения. И там обычно маленькая гарба, комната для поклонения Божеств.

В бенгальской культуре ничего такого большого нет, все очень такое этническое, глинобитное, как вот в Экачакре кто были. И Махапрабху воспевал в этом доме Шриваса Тхакура киртан, и все соседи слушали каждую ночь Харе-Кришна Маха-мантру. Но это был Према-киртан, это не был киртан там какой-то, это был Према-киртан. Оттуда лились такие звуки, что те, кто слышали эти звуки, были в шоке. И те, кто, не такие, как оттуда льются [имеется ввиду на записи слышны звуки], а были настолько глубокие экстатические звуки, что те, кто слышали, они либо сами испытывали экстаз. А материалисты, которые ненавидели вайшнавов, они не понимали, что там происходит, они придумывали, что там оргии происходят.

И там даже был такой Чапал Гопал, один из брахманов, который специально принес параферналии. У тантриков есть пять истин. Если у вайшнавов — Шри Кришна Чайтанья Прабху Нитьянанда Шри Адвайта Гададхара Шри Васади Гаура Бхакта Вринда – Панча Таттва, то в тантре, если будете читать, пять истин — это…как это “матсья матсарья маду”, ну короче мясо, вино, секс, драгс, рок-н-ролл. Секс, драгс и рок-н-ролл — этоо истина этого мира, “который должен прогнуться под нас”, как поет Макаревич.

Ну вот, Шривас Тхакур воспевал святые имена в своем доме с Гаурангой, но Чапал Гопал в конечном итоге, тантрики, которые поклонялись матери Кали, не вынес, и с утра принес и поставил поднос под дверь с вином недопитым, с кусками мяса, ну с остатками всех тантрических параферналий, он поставил на ворота.

И Шривас Тхакур, когда увидел, понял что кто-то хочет показать, что вот эти крики Према-киртана, песни, полные любви, которые Гауранга, а представляете, Гауранга приходил и начинал петь киртан, но это был киртан не в обществе таких, ну типа нас таких, а это был киртан в обществе Шриваса Тхакура, Адвайты Ачарьи — Махавишну, Господь Садашива. Представляете, там боги и небожители. Шривас Тхакур сам был инкарнацией Нарада Муни, там Харидас Такур.

Ну то есть освобожденные души пели «Харе Кришна!», и они смотрели как Гауранга, то есть Кришна, который переживает состояние Радхарани, поет и танцует, они Ему подпевали, от этого их там вообще вштыривало нереально. Поэтому там такие были невероятные вообще крики, песни, каждый вечер. И никого не пускали, пускали только вайшнавов, то есть, только вообще такой vip-киртан.

Ну вот, и был один брахман, который питался только одним молоком, был наиштхика брахмачарья, и никогда не совершал никаких грехов. И он пришел несколько раз к Шривасу Тхакуру и говорит: «Я с детства рожден здесь в святом месте, я пью только молоко (считается вообще самая такая диета йогическая), никогда не ступал с противоположным полом во взаимоотношения, ничего никогда, всю жизнь только практикую Санди, Ванданам, Йогу, Веды, пустите меня!».

Ему говорят: «Ни фига, ты неофит, ты не готов». Когда Шривасу Тхакуру сказали: “Ну вот этот брахман просится, надо спросить Махапрабху”. Говорит: “Вот такой вот чистый человек хочет попасть на Твой киртан”. Сам Гауранга сказал: «Это не квалификация, пить молоко, чтобы стать Вайшнавом. Пошел нафиг». И этот Брахман целый год не мог попасть на эти киртаны. Потом в результате он уже совсем обломался и говорит: «А что мне делать? Я занимаюсь религией, я очистил всё свое тело, что мне делать?». А ему говорят: «Дурила, пока ты не будешь с преданными общаться, ты не очистишься, ничего вообще в духовной жизни не поймёшь».

И этот Брахман стал общаться с преданными, он уже перестал думать, что: “Я вот такой великий”. Он просто стал общаться с преданными, и пообщавшись немножко с преданными, поняв, что у них в головах, он понял, что: “Я вообще ничего не понимал о духовной жизни. Я просто накрутил себе какие-то вот такие внешние: вот я это ем, это не ем, вот это я делаю, это я не делаю, вот эти книжки я читаю, это я не читаю, вот я великий йог”. Когда он пообщался с вайшнавами, он понял: “Я вообще живет, как эгоист”.

Многие люди, они не понимают, они думают, что они живут духовной жизнью, на самом деле, они в глубоком эгоизме пребывают. Ну такой — жизнь для себя. А духовная жизнь — это полная жертва, это вообще не ради себя. Сказано, что был такой Лепер Васудев, прокаженный Васудев, который пришел, чтобы увидеть Махапрабху, и когда ему сказали, что: “Махапрабху Шри Чайтанья пришел в это место час назад, но уже как два часа ушел”, он упал без сознания, хотел умереть.

Тело этого прокаженного Васудева ели черви. И каждый раз, когда из его гниющих ран проказы выпадал червь, Васудев поднимал его и клал его обратно. Потому что у него было такое сострадание к червям. Он думал: “Ну что он бедный, умрет сейчас, пускай он ест меня”. Можете вообще представить уровень такого самозабвения? И этот человек, у не было никаких желаний: “Я хочу в духовный мир попасть, я хочу наслаждения”. Он думал: “В результате своей кармы я страдаю, потому что я материалист”.

Он постоянно памятовал о Господе, непрестанно воспевал Святое Имя. И когда он пришел, узнал, что Махапрабху уже ушел, он думал: “Это моя единственная надежда, я рассчитываю только на милость, я не рассчитываю на справедливость”. Ему говорят: “Всё, Махапрабху ушел два часа назад отсюда”. Он упал без сознания и хотел умереть, оставить свое тело.

И Чайтанья Махапрабху почувствовал, и раз, развернулся, говорит: «Подождите, Мне надо вернуться». Ему говорят: «Куда, куда, зачем вернуться, нас же ждут там». Махапрабху говорит: «Нет, нет, Мне надо вернуться». И Махапрабху возвращается, и Он видит: Васудев лежит в таком полубессознательном состоянии на обочине, прокаженный.

Махапрабху говорит: «Твое сердце, столь прекрасно и совершенно, что Я пришел принять пыль с твоих стоп, ты великий вайшнав, дай Я тебя обниму». Васудев говорит: «Не прикасайся ко мне, не прикасайся, я неприкасаемый, я болен». Махапрабху говорит: «Ты болен? Нет, ты не болен. Весь мир болен материализмом». И Он силой обнял Васудева. И когда Васудеву Он обнял, представляете, когда тебя обнял Сам Чайтанья, Господь обнял, то Васудев испытал такой вообще экстаз. В какой-то момент вдруг он понял, что его тело стало золотого цвета, вся его проказа, все его инфекции, вся его грязь, она тут же прошла, и Махапрабху просто один раз его обнял и сказал: «Иди и проповедуй, спасай весь мир».

Каунтея Пратиджа Анихина Амебатхах Пранашитти. “Я испытал тебя, проказы, все твои страдания — это было, чтобы показать на самом деле славу, величие твоей личности, потому что Я показал, что на самом деле подлинное «я» стоит выше материи”.

Махапрабху в таком состоянии пел санкиртану, Чапал Гопал принес тантрические подношения, положил на крыльце дома и убежал. Тогда Шривас Тхакур утром открыл дверь, стал звать людей, сказал: «Смотрите, смотрите, вы поняли, кто я такой на самом деле?». Он не стал оправдываться, наоборот, сказал: “Посмотрите, кто я. Видите, чем мы здесь занимаемся по ночам - бухло, мясо”.

И тогда два типа людей было. Первые сказали: “Что за грешник Чапал Гопал, ну кто это, что это за злобная душа, которая пыталась столь низменно опустить великого святого, мы все знаем, кто такой Шривас Тхакур”. Но другие, которые услышали, они сказали: “О, мы же знали, что там бухают по ночам”.

Понятно, да, то есть всегда есть люди, которые ищут подтверждение своим низменным идеям, а второе, всегда есть люди, которые живут в мире веры. И этот самый Шривас Тхакур однажды ночью бросился во время киртана, он стал стучаться в дом Чана Кази, мусульманского губернатора. Чан Кази в страхе: «Кто ломится ко мне ночью? Стражники!». Смотрит, Шривас Тхакур стоит на пороге, солдаты с копьями.

Он такой: "Шривас, что с тобой?". Он говорит: "Чан Кази, ты должен сказать имя Кришна". Чан Кази смотрит на него, потом смотрит на мусульманских стражников и говорит ему: "Шривас, у тебя что-то с башкой ненормально, да? Перекурил что ли ты сегодня ночью там, да? Перепил? Ты понимаешь, что я...». Ну а у него там в доме эти стражники, арабы. «Ты понимаешь, кто я такой, да? Вы думаете, что я бенгалец, один из вас? На самом деле я губернатор, староста вашей деревни, я служу “Корану”. Почему ты думаешь, что я буду произносить ваши кришнаитские Кришна».

И Шривас такой: «А, ты произнес имя Кришны!!! — и убежал, — ты очистился от всех грехов”. Однажды произнесенный Кришна-нам может очистить человека от всех грехов. Удивительная вещь, Аджамил был великим грешником, величайшим из грешников, но когда он произнес имена Нараяны, он произнес их сначала всуе. Есть такое, произнесение имени Бога всуе. Но Писания говорят: “Даже несовершенно произнесенное имя Кришны дарует величайшее благо, что уж говорить о том, кто произносит имя Кришны с любовью”.

И поэтому, однажды, когда Махапрабху пел киртан в доме Шриваса Тхакура, произошла удивительная вещь — 12 или 20 часов Он стал являть Свои определенные формы. В какой-то момент пришло Ему время себя открыть. И в этом доме Он сказал: "Поставьте Мне трон". Они поставили какую-то скамейку, табуретку, ну какой там может быть трон. Он сел на этот трон и вдруг все увидели, что Он — Нарисимха, потом Вишну, Рама, все были в шоке вообще. Представляешь такие морфинги происходят, да?

И Он стал говорить — зовите этих, зовите тех, прежних, зовите Шридхара. А Шридхар был сосед, к которому постоянно Махапрабху приходил каждый день, Шридхар торговал бананами, цветами. И он 50% своего дохода всегда тратил на поклонение Ганге. И Махапрабху приходил к нему и говорил: «Шридхар, дай Мне 50% скидку на бананы, на листья от бананов».

Шридхар был совсем нищим, он торговал бумажными стаканчиками из листьев и цветами бананов. Что можно заработать на листьях в Индии? Пайсы, копейки. Он всегда четко половину тратил. И он говорил: «Как ты можешь меня просить 50% скидку?». Махапрабху говорил: «Очень просто, ты же всё равно тратишь 50% на поклонение Ганге, а Я — источник Ганги». – «А, брахман, Ты шутишь, меня разводишь, я знаю, что все брахманы — это часть Вишну, уходи отсюда!». И Махапрабху говорил: «Вот это Я беру за деньги, а вот за это Я платить не буду».

И Шридхару ничего не оставалось. Махапрабху иногда просто отнимал, вырывал что-то. И он грозил ему кулаком, а внутри он был очень удовлетворен. Он испытывал какое-то невероятное удовлетворение. Он даже не представлял, что источник Ганги, Господь Вишну, приходит к нему и каждый день отнимает у него бананы, листья, ругается с ним, торгуется.

Иногда Махапрабху приходил к Шридхару и говорил: «Я знаю, что ты миллионер, лакхпати». Шридхар говорил: «Что?» — «Я знаю, что ты лакхпати». Махапрабху сказал: «Лакхпати». Пати — это обладатель. Махапрабху сказал: «Тот, кто обладает Лакх, сто тысяч святых имен в день воспевает, тот лакхпати». Но Шридхар не понимал, что говорит Шри Чайтанья. Он сказал: «Ты лакхпати, ты миллионер».

Он имел в виду, что твое сердце обладает невероятными сокровищами любви к Богу. Но Шридхар говорил: «Какой я лакхпати, посмотри, у меня одна там грязная тряпка, я прикрываю свое тело, я худой». Махапрабху говорил: «Нет-нет, в тебе сокрыты огромные сокровища. Махапрабху говорил: «И вправду, в твоём сердце огромные сокровища». Но Шридхар ругался с Ним.

И однажды, когда Махапрабху стал являть свои формы, Он сказал: «Ведите ко Мне этого, второго, третьего. Ведите ко Мне Шридхара». И преданные побежали за Шридхаром: «Давай-давай, тебя Махапрабху зовёт!» — «Что такое, что, куда вы меня тащите, куда, что, что такое?». Заходят в дом. «Что? В чём дело? Что?! А...». И вдруг он смотрит, что перед ним четыре руки, и вдруг он видит, что из стоп Махапрабху течет Ганга, и он начинает видеть, как она течёт через все вселенные, и он начинает видеть материальный мир, эту планету Земля, себя, как он торгуется за бананы, за цветы.

И вдруг он понимает: “Тот, с Кем я постоянно ругался из-за цены, никто иной, как Сам Господь Нараяна, источник всех Вайкунтх, который снизошел в этот мир явить Свой Према-санкиртан”. И ему сказал Господь Нараяна Своим голосом: «Ну что ты стоишь, смотришь на Меня как истукан, ты же хотел возносить Мне молитвы, возноси их!»

Он [Колавеча Шридхар] говорит: «О мой Господь предвечный, Ишвара Сарвапутанам Сарвалоке Махешварам... Я забыл, что там ещё...». Он [Махапрабху] говорит: «Ну вот когда Я с тобой торговался, ты ругал Меня, Я испытывал от этого величайшее наслаждение. Но теперь, когда ты бубнишь свои ведические молитвы, не интересно. Ну ладно, Я принимаю у тебя их, иди». Шридхар в таком состоянии вернулся.

Махапрабху однажды спросил Шриваса Тхакура: "Шривас, что ты будешь делать, если завтра у тебя дома не будет еды? Я вижу, что ты живешь беспечно. Все нормальные люди работают в поле, обрабатывают рис, у каждого маленький свой амбар, немножко за щекой, чуть-чуть денег на пластиковой карточке, чуть-чуть под матрасом соточка завернута, у милиционеров в дуло пистолета от жены спрятана, у всех в этом мире нычки. А у тебя, Шривас, ничего нет, ты только занимаешься духовной жизнью. Что ты будешь делать, если твоей семье завтра будет нечего есть?».

Шривас сказал: «Вот мои правила жизни» (щёлкает пальцами три раза). Он [Махапрабху] сказал: «Я не понял, что это такое вообще, что это за правила жизни?». Шривас сказал: «Правила очень простые — я живу по милости Господа. Если первый день у меня не будет еды, я и моя семья, я буду поститься (щёлкает пальцами один раз). Второй день у меня не будет еды — я буду всё равно поститься (щёлкает пальцами один раз). Третий день (щёлкает пальцами один раз), если источник всей Вселенной, который поддерживает всю Вселенную, не поддержит меня, я просто брошусь в Гангу. Значит, я больше не нужен».

Махапрабху сказал: «Всё, всё, всё, Шривас, молчи, больше никому об этом не рассказывай, у тебя всегда будет еда. Даже если Богине Процветания нужно будет прийти из духовного мира, Богине Процветания, Которой принадлежат все богатства, и устроиться на работу в соседнюю лавку, Она будет приносить тебе рис под видом простой соседской женщины, потому что знает, у Шриваса в доме все пусто, он все раздал в форме прасада. Даже если Богине Процветания это нужно будет сделать, Я это сделаю».

И Он сказал ему: «Шривас, ты даже не знаешь, кто ты на самом деле, никто из нас не знает, кто он, потому что мы знаем только эту жизнь». Он сказал: «Ты не знаешь, кто ты, кто Я». Он [Шривас]: «Я знаю, что Ты Гауранга, Ты Господь». — «Да, но это ты сейчас так говоришь. Ты помнишь, Шривас, когда много лет тому назад в Навадвипе, когда мусульмане все захватывали, напали мусульмане, жгли дома, убивали людей, помнишь, да?» — «Да, конечно, помню, как не помнить». — «Тогда твои дети были совсем маленькие, ты схватил своих детей, свою жену, мать и ты бросился бежать. Ты помнишь это?» — «Да, конечно, помню, как не помнить, эту ночь забыть невозможно, стольких людей убили». — «И ты помнишь, что когда ты бросился бежать, ты прибежал на берег Ганги, но горел город и никого не было». — «Да конечно, помню». — «И ты помнишь, как ты спасся?» — «Конечно, помню, я стоял на берегу и молил Господа, и вдруг появился лодочник».

Махапрабху сказал: «Напомни, что ты сказал этому лодочнику. Ты не помнишь, что ты сказал?». Шривас сказал: «Этого я, конечно, не помню, я был очень сильно перепуган в этот момент». Он сказал: «Давай Я тебе напомню. Ты сказал Мне: «Господин, я прошу Тебя, вот я и мои дети, моя семья, я стою здесь на берегу, видишь сзади бушует пламя, пожар убивает людей, прошу Тебя перевези меня на тот берег. И когда лодочник посмотрел на тебя, — мол, там ты что, совсем что ли, мужик рехнулся, я же не дурак подплывать сюда, — тогда ты сказал Мне: “Всё что у меня есть: жена, дети, все мы будем твоими вечными должниками всю жизнь, если Ты сейчас меня спасешь. Ты помнишь об этом Шривас?». Шривас: «Ну да, кажется, вспоминаю». — «Этим лодочником был Я, Я был этим лодочником. Я подплыл к тебе на лодке, и Я посадил тебя в эту лодку. Я спас тебя, потому что ты Мой преданный. Ты что думаешь, что лодочники в такие часы плавают, что ли, катаются на лодках? Потому что Я всегда защищаю своего преданного. Если какая-то душа предалась Мне, Я полностью принимаю всю заботу о нем. Такова Моя природа, Я — бхакта-ватсала. Хотя Я обладаю бесконечной властью, управляя бесконечными вселенными, никто не в состоянии, ни Эйнштейны этого мира, ни Ландау, ни физики, ни химики, не в состоянии понять Моего незначительного величия. Но это айшварья, Моё незначительное величие. Удивительная вещь, если кто-то в этом мире предается Мне, то Я предаюсь ему. Если ты сделаешь ко Мне шаг, Я сделаю к тебе сто шагов навстречу. Мой шаг, тремя шагами Господь Вамана пересек всю Вселенную. Поэтому, если кто-то испытает в своём сердце чувство чистой преданности, то он сможет обрести Меня вовеки. Я — раб своих преданных».

И Шривас был в шоке, он сказал: «Я не могу этого понять, я не могу понять Твою природу». И однажды ночью, когда Гауранга танцевал в Его доме, вдруг в какой-то момент у Шриваса заболел один из его детей, сын. Заболел сын и умер. Это было вечером во время киртана, у мальчика была лихорадка, он умер. И женщины стали рыдать, ребёнок умер. Что может быть страшнее для матери, чем горе, смерть ребенка? Шривас Тхакур сказал: «Тихо, тихо, только не мешайте Гауранге петь и танцевать. Не сорвите киртан».

И женщины сидели в полном шоке где-то в кладовке, рыдали над телом мальчика. Махапрабху пел, танцевал, но в какой-то момент Он остановился и сказал: «Шривас?» — «Да, мой господин, что такое, что такое, что? Я подыгрываю… Что?» — «Шривас, Я знаю, что что-то произошло в твоем доме, скажи Мне». — «Да ничего не произошло, всё нормально». — «Что произошло?».

Что в этом мире происходит каждый день? Что может нового произойти в мире смерти? В мире смерти умирают люди. Каждую секунду. Сейчас зайдете в морг, там уже медсестра: “Бабушка на выходе. Завтра, сегодня, через час”. Люди знают, врачи знают, когда умирают. Знакомый работает в хосписе, я говорю: «А оно как?». Они говорят: «А мы уже знаем, как они ведут себя уже, у нас уже прикинутый глаз, кто когда склеится». Каждый день люди мрут пачками.

Это кажется, что так всё хорошо, в шоколаде, там, все нормально, но ничего подобного. Больницы, морги переполнены. Вы что думаете, есть целая куча сейчас лежачих больных, страдающих там, умирающих от того, от сего. Все это природа этого мира. Поэтому Шривас Тхакур так и сказал: “Ничего не произошло. Ничего такого не произошло”.

Ну и тогда Махапрабху открыл дверь и увидел женщин, рыдающих над телом ребенка, Он сказал Шривасу: “Ты что? Принесите мальчика ко Мне”. Мальчик лежал. Когда мы были в Гималаях, там было такое место Лакмангало. Интересное место. Еще старики рассказывают, что раньше в этом месте, когда кто-то умирал, приносили человека туда, там совершали обряды, там тысячи Шива-лингамов, по Шиве, Шива-ягьи совершали, и мертвый человек вставал, оживал, принимал прасад, ложился и умирал.

Такое было место. Потому что место было настолько святое, что сила этого места и брахманы, которые там жили, их ягьи были таковы, что они могли оживить человека, дать ему прасад, и он получал прасад, получал сукрити, и он спокойно уже умирал. Я говорю: «А сейчас там что?». Он говорит: «Нет, был такой момент, одна женщина принесла ребёнка её, мёртвого. И когда он ожил, она схватила его и убежала с ним. После этого это перестало там происходить». Перед тем, как он съел прасад, она просто схватила и убежала. После этого сила этого места ушла. Так произошло.

Надо гостей как-то посадить, может быть, а то у входа неудобно сидеть. На лавочку, можете поближе сесть.

Вот и тогда Махапрабху оживил этого умершего мальчика и спросил его: «Что с тобой произошло?». Этот мальчик сказал потрясающую вещь, он сказал: «Ничего не произошло. Каждому в этом мире его карма отвела определенное время, у каждого человека есть его книга жизни». В Индии такая книга жизни хранится в определенных местах: в Харьяне, в Южной Индии, в Гималаях, в Раджастане.

Есть такие бхригу-шастри, которые читают эту книгу жизни. И ты приходишь к этому бхригу-шастри, как в фильме «Кин-дза-дза», он говорит тебе: «Ты знаешь твой номер в аббревиатуре вселенной?”, ты говоришь: “Не, нифига не знаю».

У нас как есть в налоговой, идентификационный номер, вот так же у каждого человека есть номер в аббревиатуре вселенной. Ты говоришь: «Нет, не знаю». Он говорит: «Ну ладно, тогда будем вычислять твой номер, дай руки». Он достает такие янтры, мандалы и говорит: «Ты закрывай глаза, тыкай пальцами, ну в первый попавшийся». Ты тыкаешь, потом он говорит: «Так, янтра такая-то».

Он говорит: «Будем проверять, давай ещё». И он там у тебя гороскоп, то есть, он раз пять проверяет, если раз, пять, четыре-пять раз ты попадаешь на этот номер, значит это твой номер, он говорит: «Записывай». У меня даже записан мой номер в аббревиатуре, чтобы лишний раз не было... Ну вот, и он говорит своему внуку: «Давай страницу 1235». Тебе твое личное дело поднимают, он так смотрит и начинает тебе рассказывать. Рассказывает очень интересно, использует определенные моменты, но в принципе, он тебе сразу же говорит вещи, которые знаешь только ты, больше никто.

Я приехал с одним своим другом, кинорежиссером известным, у него погиб сын в свое время, очень известный кинорежиссер, сын тоже был известным киношником. И он сразу же сказал ему: «Так, у тебя произошло несчастье в семье с сыном». Он такой: «Да, откуда вы знаете?» Он говорит: «Ну это не я, это в книге все написано». И он стал говорить, когда произошло, как, почему, сразу же ему сказал, ну чтобы ты не думал, что я лох, что-то там развожу, он сразу же тебе все рассказывает.

Он говорит: «Хочешь знать, почему произошло?» Тот: «Почему?». Он рассказал, почему это произошло, что было в прошлой жизни, что ты сделал в прошлой жизни за то, что у тебя сын погиб в этой жизни. И так далее. Ну я думал, всячески пытался, а я был с одним кинорежиссером, со своим другом, с художником с нашим, Баладевом. Причем он сразу каждому человеку сказал, чем он занимается, что он делает, вообщем так, сходу.

Ну говорил-говорил, я думаю: “Чёрт, всё сходится, как бы тебя поймать на это самое?” Нас было пять или шесть человек. Пять, по-моему. Он такой пишет, говорит, ну в конце: «Приедут впятером, а!.. приедут вшестером такого-то числа». Я говорю: «А нас же не шестеро, нас пятеро». Он такой: «Водитель. Не ребята, вас приехало шестеро». Такой смешной дед, ему там 90 лет, он практикует, вайшнав, живет рядом с манта-дварой, с храмом, повторяет несколько тысяч гаятри-мантры в день, он провидец. У него внук, он учит этого внука. Ну так, рассказывает.

Интересно, но, я думал: “Чёрт, хорошо, я 1400 такой-то странице, такой-то номер у меня, ну вот. На самом деле, ну не может же быть миллиарда людей, которые родились за все это время, со времен святых, не может быть, что каждый человек здесь записан”. А на самом деле, удивительная вещь, если вы будете изучать сценарии драматические, если кто-то будет изучать драму, он увидит, что есть всего несколько.

Вот когда вы кино выбираете, там написано, военные, исторические, лавстори, понимаете, да? И на самом деле, если вы будете изучать драматургов, то драматурги вам объяснят — существует лишь несколько сюжетов. Любой астролог вам на самом деле расскажет, так — у женщины вопросы такие: “Когда я выйду замуж, сколько детей я рожу, когда за мной приедет всадник на голубом коне, что у меня там будет с жильем, там, отношения”.

То есть, на самом деле, вопросы жизненные у людей настолько примитивные. У мужиков вопрос: “Когда я стану миллионером, там, какая у меня там будет тетка, вернее, несколько теток, сколько у меня будет теток, так, смогу ли я там это самое, буду ли я известным, там, или сяду в тюрьму в результате всего прочего”. Поэтому, когда мы говорим о людях, то в особенности современные люди...

И я спрашиваю его, говорю: “Вот вы читаете сценарии людей, я вот так понимаю, что у людей, почти у многих, повторяются судьбы. Почему так много у вас страниц?” Я бы все довел на самом деле в современной жизни до 30 страниц. 10 сценариев жизни современного человека. Ну пять, я скорее всего думаю. Для современного человека нужно 10 страниц.

Я говорю: “Почему так много, тысяча”. Он говорит: “Ты прав”. Но, он говорит: “Есть две вещи. Первая, у людей стандартизованной жизни, у многих людей одни и те же вопросы, одни и те же жизни. Но есть одна проблема, - он говорит, - каждый человек по своей природе духовный, и у каждого человека в какой-то момент начинается духовный прогресс. И вот поэтому существует тысяча сценариев, а так их десять или двадцать. И в принципе они все очень примитивные. Но вот когда человек начинает жить духовной жизнью, его судьба может резко поменяться. И вообще предсказать его судьбу очень-очень сложно. Если он не идет по пути своих определенных желаний и низменных проявлений. Если человек пошел в схему вожделения, жадность, гнев, то у него уже просчитана история жизни. А если он в какой-то момент пошел по пути духовной жизни, у него все может измениться. И причем кардинально может произойти всё что угодно. Поэтому сценариев очень много”.

И когда мы говорим о нашей, о духовной жизни Сакар Маллика, Дабир Кхаса, Рупы, Санатана Госвами, именно это у них и произошло. С одной стороны, это были удивительно образованные люди, они стали премьер-министрами Индии, министрами финансов, а с другой стороны, их настоящая жизнь началась с того момента, когда они встретились со Шри Чайтаньей Махапрабху.

И когда Шри Чайтанья Махапрабху пришел, они после встречи с Шахом написали Ему письмо. И в письме они написали такую достаточно простую вещь, типа: «Мы слышали, что Ты пришел в этот мир, и хотели бы предаться Твоим лотосным стопам». Махапрабху написал им такое письмо, зная, что они министры на службе у Шаха. Он написал такое письмо: «Живите там, где вы живете, будьте теми, кто вы есть, и непрестанно памятуйте о Господе и практикуйте духовную жизнь. Придет момент, когда Господь Сам определит, что вам уже пора, и тогда Я вас призову. И чтобы вы понимали, так же как, когда у женщины есть любовник, она об этом никому не рассказывает, но всегда думает о нем. Так же вы помните обо Мне, как о своем Возлюбленном, но никому внешне это не показываете”.

Он привел такой очень хороший пример. Такая удивительная вещь, что с момента, когда Махапрабху получил это письмо, и Рупа с Санатаном пришли в Рамакели, встретились с Ним, Он сказал: «На самом деле, вы не родились для того, чтобы быть министром финансов, премьер-министром Индии, вы родились для того, чтобы проповедовать духовную науку. И очень скоро Кришна вас освободит”.

Рупа Госвами первый бежал. Санатана Госвами попал в тюрьму. Хусейн Шах очень боялся потерять своего министра финансов. А у Санатаны Госвами было 400 тысяч золотых монет. Это нереальные деньги, ну это как сейчас Абрамович, [Санатана Госвами] миллиардером был. И он взял, прежде чем уйти в духовную жизнь, он всё своё золото раздал брахманам, небольшую часть отдал родственникам, членам своей семьи, остальное раздал на храмы, на разные благотворительные дела и оставил лишь небольшую часть с одним доверенным человеком, которая должна была быть неприкосновенна, потому что он понимал, что в жизни может все что угодно.

Когда его посадили в тюрьму, Хусейн Шах сказал: «Если ты к моему возвращению не покаешься и не вернешься, я тебя казню. У тебя сейчас есть возможность либо отправиться со мной, я иду войной на Ориссу, либо подумать до моего прихода». Санатана Госвами говорит: «Ты идешь, чтобы принести боль сердцам преданных и Господу Джаганнатху, я не пойду с тобой». Хусейн Шах сказал: «Не переживай, если ты к моему приезду не вернешься, то секир-башка».

И Санатана Госвами оказался в такой ситуации, что его должны казнить. Но поскольку он был очень продвинутым, прошаренным человеком в политике, а начальник тюрьмы знал, кто у него сидит, он пригласил начальника тюрьмы и показал ему золотую монету, которую принес ему слуга и сказал: «У меня есть таких еще 100 тысяч, или 50 тысяч. Хватит тебе и 10 поколениям твоих родственников, если ты меня отпустишь».

Тюремщик испугался, говорит: «Ваше высочество, вы же министр финансов. Как я могу отпустить министра финансов, меня самого Шах секир-башка?». Он говорит: «Ну, надо использовать интеллект. С такими деньгами я бы нашел много свидетелей». Он говорит: «Каких свидетелей?!» — «Во-первых, я исчезну раз и навсегда, ты никогда обо мне больше слова не услышишь. Я отправлюсь в Мекку и стану дервишем, предамся Аллаху. А во-вторых, я готов добавить к этой сумме еще 20 тысяч золотых, и уверяю, что все твои заместители, начальник полиции и все остальные вместе подтвердят, что когда вы вывели меня в туалет, я прямо в кандалах бросился в Гангу и утонул. Тебе просто придётся поделиться с этими людьми».

Начальник тюрьмы подумал: “Действительно, полтинник получу я, если я еще раздам 20 тысяч золотых всем своим чиновникам, то во всеуслышание они будут блеять о том, что Санатана утонул”. Так и произошло, и Санатана Госвами сбежал.

Он бежал вместе со своим слугой, и слуга прихватил 8 золотых монет. Когда они пришли в такую горную местность, а Санатана знал, что там живут бандиты. Как правило эти бандиты были днем сельские жители, а вечером это были разбойники. И у одного из бандитов, у старосты деревни, был астролог, он очень хорошо разбирался в астрологии. Такой не современный был астролог, а настоящий. И он сразу же сказал этому старосте: «У тех двух путников золото».

Он говорит: «Да они похожи на бомжей». Он [Астролог] говорит: «Не знаю, на кого они похожи, но у них золото, столько, сколько ты еще не видел». У него было 8 золотых монет. Для деревни это были большие деньги. И староста сказал: “Хорошо, сегодня вечером мы их убьем”. Санатан попросил: «Прошу тебя помоги мне перейти через горы». Староста сказал: «Через горы? Да не вопрос, я тебе помогу, садись покушай, туда-сюда».

И Санатана Госвами, будучи великим политиком, понял, что просто так покушать бомжам не дают. Он сказал: «Ишан, имей ввиду, если ты взял с собой золото, то нас сегодня ночью из-за него убьют. Ты взял или нет?». Ишан затрясся и достал из торбы 8 золотых монет. Санатана Госвами взял эти моменты, подошел к старосте и сказал: «Я должен тебе честно сказать, я — политический узник, я — бывший министр финансов, тот самый Санатана Госвами, которого сейчас ищут, могут найти. Если меня найдут, убьют всех, всю деревню».

Староста затрясся, но он сказал: «Ты не бойся, у меня осталось восемь золотых монет, я хочу отдать их тебе, а мне нужно туда через горы, я хочу идти в Джаганнатха-Пури, в Ориссу, и я хочу посвятить свою жизнь духовной жизни. Помоги мне, чисто так по-христиански». И староста настолько был в шоке, он сказал: «Если бы ты сейчас ко мне не пришел, сегодня вечером, я бы тебя убил вместе с твоим слугой потому что мой астролог сказал, что у тебя еще две золотые монеты, просто тебя обманул слуга. Поэтому я не возьму с тебя эти деньги, к тому же одно только твое имя знает весь Бенгал. Я просто тебя переведу, не переживай».

Но Санатана Госвами сказал: «Если ты меня сейчас не убьешь, то эти золотые монеты — это вечная смерть в кармане. Забери их, освободи меня от этого. Тебе они пригодятся, у тебя большая семья, ты человек нуждающийся. Купи на них то, что тебе нужно, не занимайся криминалом». А Ишану сказал: «Забери эти две монеты, которые ты спрятал и вали отсюда, иди домой».

И Санатана Госвами перешел через горы, дальше он бежал. Когда он бежал по дороге он остановился в одном месте, где жил родственник, который занимался скупкой коней для Шаха. Очень богатый родственник. Родственник сказал: «Да-да, я слышал, что ты попал в заключение, возьми деньги». Санатан сказал: «Мне не нужно денег». Он сказал: «Возьми хотя бы одеяло». И дал ему одеяло. И с этим одеялом Санатан пришел. Санатан был одет как мусульманин, он был оборванный, но у него было дорогое одеяло. И так он сидел на улице у дома Тапана Мишры, где жил Махапрабху.

Махапрабху сказал: «К нам пришла великая душа, Я чувствую сегодня ещё одна душа присоединится к нашему обществу Вайшнавов. Идите, посмотрите, кто там на улице». Кто-то из преданных вышел, посмотрел, никакой великой души не увидел, сказал: “Да нет, - ну как у всегда у преданных, - никого, всё нормально, никаких великих душ там нет”. Махапрабху говорит: «Серьезно, нет? Что, вообще никого нет?» — «Ну какой-то грязный бомж, какой-то дервиш, мусульманин какой-то сидит грязный». Он говорит: «Я понял всё».

Махапрабху Сам вышел к воротам. И Санатан вдруг посмотрел на Махапрабху. Махапрабху сияющий. Санатан был весь в царапинах, в ранах, грязный, небритый. Махапрабху обнял его и сказал: «Санатан, наконец-то, Я ждал тебя столько жизней. У Меня столько для тебя работы. Харе Кришна”. И Санатан обрел в объятиях Махапрабху. Потом они беседовали, Санатана-шикша, они беседовали и Махапрабху дал ему наставления. Это там, где Он говорит: дживера сварупа хоите кришнера нитья дас кришнера татастха-шакти корила пракаш.

Санатан Госвами был великим знатоком санскрита персидского, фарси, вообще был удивительным человеком, образованнейшим. Но первый вопрос, который он задал Махапрабху, он задал ему: «Ки я ми? — Кто я? Для чего я живу?».

И Махапрабху ему сказал: "Джӣвера ‘сварӯпа’ хайа кр̣шн̣ера ‘нитйа-да̄са’ кр̣шн̣ера ‘бхеда̄бхеда ‘тат̣астха̄-ш́акти’, корила-прака̄ш́а’ и далее... “Санатан, каждый по своей природе — часть Кришны, «нитья Кришна дас». Но в силу «анадибы хермукха» — неудачи — он попал в самсару. И теперь страдает в перерождениях, в смертях».

Очень много бесед, вся Санатана-шикша, атма-гьяна дана, и позже Санатан написал много книг, таких как "Брихад Бхагаватамритам". Санатан Госвами написал очень много духовных книг, чтобы установить определенные концепции духовные. Он сделал потрясающую работу во Вриндаване, он писал уже в преклонном возрасте. Первый, кто оставил мир, — это Санатан Госвами, из всех шести Госвами. И сказано, что если Рупа был совсем отреченной душой, то Санатан даже будучи отреченной бабой, к нему приходили все советоваться. Санатан Госвами мог любому человеку…

Ну представляешь, он был министром финансов, супер образованный человек, к нему приходили советоваться мусульмане, вообще все: йоги, мистики, он знал все писания вообще, арабские, санскрит, фарси, хинди, тамили, телугу и все языки, был очень крутым полиглотом. Харе Кришна.

Извиняюсь (Авадхут Махарадж разговаривает по телефону), у меня ещё работа.

Джай Гурудев!

Далее поют Нама Санкиртан.