-Авадхут-Лахта-Беседа Господа с Преданным

И Шрила Шридхар Махарадж, в отличие от этого, он жил в мире идей, и этот мир идей, он столь субъективный, столь совершенный, столь прекрасный, что это и есть подлинная реальность. Мир сознания Кришны, он не находится в какой-то объективной стороне, чуть-чуть вправо, налево, еще направо, и вы увидите мир трансцендентного. Нет, он существует в сердцах и в сознании тех, кто способны его воспринимать, и он проявляется время от времени.

Поэтому Махапрабху, когда Он пришел в этот мир, Он каждый вечер слушал песни Вичаспати, Кришна Карнамриту, Бильвамангала Тхакура, Джайядева Госвами и других поэтов. И иногда, когда мы говорим о нашей духовной линии, Шрилу Шридхара Махараджа звали Рамендра Сундара. Рамендра - это имя Рамананды Рая, Рамендра или Рамананда. И Сарасвати Тхакур, когда встретился с Шрилой Шридхаром Махаражем, он дал ему имя Рамендра или Рамананда. И позже он просил его, он сказал, ты должен отправиться на берега Годавари в Южную Индию, ты должен найти то место, где Махапрабху и Рамананда Рай встретились.

И это была удивительная встреча, когда Сарвапхума Патачарья, после того, как он был обращен в вайшнава, он пришел к Махапрабху и сказал, ты отправляешься в путешествие в Южную Индию, но у меня есть тебе одна просьба. Когда-то еще до того, как я получил твою милость, я считал, что вайшнавизм — это некая сентиментальная религия, Кришна, преданные, чисто для детей, потому что в Индии все простые люди любят слушать бхагавата-катху, но из бхагавата-катхи все ждут, когда же быстрее Кришна-лила придет, и тогда рассказчики Бхагаватам рассказывает о том, как Он воровал масло, как Он танцевал танец расы. И простым людям нравится эта часть. Им, конечно, нравятся еще разные наставления. Но в целом все знают, что апогея Кришна-катхи будет, Кришна и гопи, и это считается самым высшим, и считается, что если они услышат об этом, то их сердца очистятся.

Но у материалистов все перевернуто, наоборот, то, что самое важное, кажется самым поверхностным, и наоборот, то, что кажется поверхностным, возведено как культ поклонения, служения. Поэтому Сарвабхум сказал Махапрабху, "До того, как ты обратил меня в вайшнава, до того, как ты явил мне свою славу, я не мог представить и понять, кто твои преданные. Мне казалось, что твои преданные - это сентиментальные люди, которые поют и танцуют, у них нет никакой философии, нет никаких идей. Но сейчас, когда ты пролил на меня свою милость, я вижу, сколь невежественным глупцом я был, когда проходил мимо твоих преданных и считал их неофитами духовной и религиозной жизни.

Сейчас прошу тебя, когда ты пойдешь в Южную Индию, приди, пожалуйста, в Мадрас, там наместник представителя царя, его зовут Рамананда Рай, он великий из преданных. Я только сейчас понял, что все, что он делал, все, что он являл, столь высоко, столь возвышенно, что за пределами моего понимания. Махапрабху сказал, я буду очень счастлив увидеть чистого преданного. И Господь отправился туда, в Южную Индию, когда он пришел на берег реки Годавари, он видел процессию. И хотя Рамананда был наместником, он был представителем царя Пратапарудры, он шел на берег реки Годавари, чтобы очиститься, и, так сказать, омовение ритуальное. Тем не менее, его свита была очень сильно удивлена, потому что были те, кто били в литавры, играли на барабанах, солдаты, брахманы. Каждый воспринимал Рамананду по-своему. Кто-то видел в нем представителя царя. Брахманы знали, что он низкого сословия, брахманы чувствовали себя более комфортно, тем более Рамананда был очень смиренной личностью, он с большим смирением поклонялся брахманам. Поэтому брахманы сопровождали его на место омовения и читали благоприятные мантры, Пурушу-сукты и прочие молитвы, которые соответствуют Рою-Одру, царскому положению. Но хотя Рамананда Рай занимал положение наместника царя или царя, в нем не было никакой гордыни и мало того, он полностью пребывал в мире высшего сознания, поэтому часто Рамананда устраивал танцы в Девы Даси для храма Джаганатха. Или иногда он писал Джаганатх Валабха Натаку, книгу, в которой он… Натака - это пьеса, в которой он описал столь сокровенные… столь сокровенные деяния преданных. И Шрила Гурудев из "Джаганатх Валаба Натаке", Шрила Шридхар Махарадж часто цитировал определенные шлоки. Это очень-очень возвышенное писание, которое описывает переживания чистого преданного, когда он соприкасается с Господом.

И наша линия, как говорит Гурудев, она идет от Рамананды, Рамананда Рай - никто иной, как Арджуна. Но когда Арджуна играет роль одного из пяти пандов на поле боя, он получает от Кришны самые простые наставления о духовной жизни на благо всех живых существ. Но когда тот же самый Арджуна приходит в образе Рамананды Рая, вы помните о том, что мудрецы получили благословение стать гопи и когда они стали гопи, и обрели столь великое благословение, пребывая в трансцендентном мире, они испытывали величайшее чувство сострадания к обитателю мира материи. Поэтому когда вновь у них была возможность зайти в мир вместе с Гаура-лилой, с нишествием, Гаура-аватар или Чана-аватар. для нас это панир, Чана-аватар. Что обозначает Чан Аватар? Скрытые. Слово "чана" для нас "панир". Те, кто был в Индии, все очень любят панир. Но "чана" - скрытый аватар.

И Махапрабху приходят, как скрытые аватары. Поэтому гопи приходят, как скрытые личности. Они не показывают внешне никакой своей красоты. Но их красота, она через шутхика-дхам, через то, что они говорят, то, как они поют, то, как они движутся, танцуют, даже оставаясь в образе мужчин, мудрецов, их движение, походка, ману бача, все, ум, умо-настроение, все божественное. И придя в этот мир, гопи, они явили высочайшее служение. Они в духовном мире всегда ассистируют Господу. Но когда Господь пришел в умонастроение разлуки, "Радха бхава дьюти сурулитам, номи кришны сурукам", это шлока, который говорит о том, что Кришна, принял настроение Радхарани, пришел, чтобы испытать разлуку, те самые близкие подруги и возлюбленные, все приняли положение великих мудрецов. И в этом воплощении, не так как в прошлых воплощениях, они не стали говорить о йоге, о религиозности то, что они говорили в прошлых воплощениях. Учили, писали наставления, сутры. В этом воплощении все, что их интересовало, это только чистое бхакти, шудха-бхакти.

И вот Шрила Гурудев он всегда говорил, что наша линия связана неуклонно с Рамананда Райем, потому что через Рамананда Рая к Лалите, а потом уже Радхарани. Такая схема Рамананд Рай, Лалита, Радхарани, и поэтому Лалита – это Сварупа Дамодара, Рамананда Рай - это Арджуна или третья гопи Вишака. Но столь уникальна гаура-лила, что преданные пришли испытать другие переживания. Поэтому в большей степени они говорят о сознании Кришны. Махапрабху, сам, он обезумев, иногда говорил имена гопи, гопи, гопи. И кто-то из брахманов в Навадвипе сказал, какой смысл, ты повторяешь имена Гопи, Гопи, Гопи, если бы ты хотя бы говорил Харе Кришна, Харе Кришна, было бы нормально. Но Махапрабху схватил палку, погнался за ним, хотел избить его. Он сказал Кришна, кто верит этому Кришне.

И таким образом Рамананда, он являл самые глубокие, сокровенные лилы, и в каждой лиле слуга и возлюбленный объект любви они встречаются. Они встречаются вновь, они встречаются обновленные. Иногда мы говорим о, мы хотим быть вместе на жизни, но как мы узнаем друг друга? Все, что связывает нас здесь, узами любви и дружбы, не останется с нами, мы не будем знать.

Это еще Махарадж Читракета говорит в Шримад Бхагаватам, когда умирает ребенок, которого травят жены-завистницы, и любимая жена плачет, она говорит, как несправедлив этот мир, и как ужасно все то, получив, мы очень быстро утрачиваем память о наших прошлых жизнях. Если взять наши прошлые жизни, мы увидим, что у нас есть друзья, возлюбленные, дети, родственники, где-то, но мы ничего не знаем, ничего не помним.

В Индии была такая, я рассказывал, прикольная телепередача, где показывали, как один мужик родился, умер во время ограбления, у него был свой телевизионный магазин, телевизорами торговал, и он умер, его ограбили, застрелили во время ограбления магазина, и он умер. Но он родился в том же самом городе, не так далеко, и как-то проходя мимо в детском возрасте, там, десяти лет, увидел свой собственный магазин, увидел свою собственную жену. Да, слушайте, там ей палтос или шестьдесят, а ему десять лет. Он там типа, Маша, ты чего? Иди отсюда, сопливый. Он говорит, да ты что, ты моя жена. Ну, вы знаете, что в Индии попрошайки, бомжи естественно, жена его ментам скрутила, менты его трамбовать. Он рассказал, что да нет, я в прошлой жизни был, я помню, как меня убили и даже показал, где у него заначка лежит в магазине спрятанная, которую только он знал, даже Маша не знала. Но тем не менее, суровый закон жизни устроен так, что… кто же вы такой, здесь ли ты мой муж?

Поэтому мы не привязаны к душе, мы привязаны к телу в этом мире, к телу наших детей, к телу наших родственников, детей, возлюбленных. И наше представление о них, лишь только как о теле. Поэтому в Бхагаватам говорится, не особо-то мы друг друга и знаем, по большому счету, да? Где-то видим какие-то внешние фасады, там подштукатуренные, немножко подремонтированные. И только блеск в глазах выдаётся. И ты скажешь, в прошлом, где-то я тебя видел уже. Ты случайно не оттуда? Мне говорят, вы случайно не оттуда сегодня. Я говорю, вполне возможно, что мы встречались может быть даже в других жизнях, но мы не знаем.

Поэтому столь близкие, знакомые, как устроен закон кармы, что муж и жена в результате своих ссор, иногда рождаются детьми друг у друга, или терроризируют друг друга. Карма устроена так, что мы не можем противостоять ей. Но бхакти устроена так, что все, что будет связано с памятованием о Господе, постижением Господа, никогда не покинет нас. Даже, какие бы внешние условия не будут с нами, даже если нам суждено попасть на адские планеты после смерти. С чем некоторые из нас не сомневаются, некоторые хоть и сомневаются, но все равно попадут, поскольку наше внешняя карма, внешние действия, эгоистичные, обязательно принесут какие-то реакции. Но преданный, он не стремится к тому, чтобы отказаться от реакций. Сама даже идея, знать свою судьбу, жить во время своей смерти, жизни. Это очень хорошая идея, потому что кажется, что если ты знал бы солому подстелил бы.

Но когда Махарадж Парикшит услышал вести о своей смерти, он принял ее с радостью. С радостью принял. И он сказал, что тот самый Господь, который спас меня, еще в утробе матери. Потому что, если бы не Брахмастра-ашватам, я бы не родился в этом мире. Тот самый Господь, Он же милостиво дал мне… Значит мне осталось всего 7 дней. Поэтому я с радостью принимаю вести о моей смерти. Ведь столько много материалистов в этом мире. Они не знают, кажется, что они проживут вечно. По крайней мере, я знаю, что последние семь дней я могу слышать эту Бхагавату Пурану, я могу слышать истину. Он даже не знал, что столь великое знание откроется ему.

Поэтому Шрила Шридхар Махарадж говорит, что преданный всегда пребывает в неопределенности. И преданный всегда знает, что если какое-то изменение происходит, то это всегда в лучшую сторону. Господь никогда не делает так, чтобы преданным было хуже, Господь делает так, чтобы преданным было лучше.

И поэтому, когда Махапрабху пришел в этот мир, он спасал падших живых существ. Но в своем собственном сознании Кришны, как сказано, у него есть две формы – Антаранга и Бахиранга. Антаранга – это когда он направлен на всех подряд, Гоура Нитай. И некая вера, если придет человеку, тогда он очень быстро будет воспевать Харе Кришна, Харе Кришна, Харе Кришна. Но это антаранга. Но бахиранга – это другое. Это когда Махапрабху переживает самое совершенное переживание чистой любви. И это недоступно всем через «Харе Кришна, Харе Кришна». Потому что в «Харе Кришна, Харе Кришна» есть элементы оскорблений. Это доступно лишь только через особую милость, особых душ.

И так получилось, что Гуру Махараджа, его Гурудев назвал Раманандой и сказал ему, ты должен будешь пойти на берег Годавари и найти то самое место, где Махапрабху и Рамананда встретились. Как можно найти какое-то место физическое? Лишь только некое трансцендентное чувство сталкера, оно может открыть что-то. И так в процессе жизни Сарасвати Тхакур, он время от времени испытывал Шрилу Шридхара Махараджа.

И однажды он открыл ему свое трансцендентное положение, и однажды он указал ему его трансцендентное положение. Путешествуя по Вриндавану, Сарасвати Тхакур спросил Шрилу Шридхара Махараджа, какое место тебе больше всего понравилось? Шрила Шридхар Махарадж сказал, что много прекрасных святых мест. Мы были на Нандаграме, Варшане, но моему сердцу мило особое место, которое называется Кадам-Канди. Мы были в Кадамканди, мы знаем, что с физической точки зрения там не было ничего, это была просто роща, где много-много павлинов и прекрасные озера. И Шрила Шридхар Махарадж сказал, Кадам-Канди - это то, что мне понравилось. Сарасвати Тхакур был очень удовлетворен ответом Шрилы Шридхара Махараджа, но ничего не сказал. Продолжил путешествие.

Через три года, когда они вернулись во Вриндаван, Шрила Шридхар Махарадж задал ему… Сарасвати Тхакур сказал ему, а во время парикрамы, так вот же твое место. Гуру Махардж сказал, что? Он сказал, вот это твое место, мы идем сейчас на твое место. И Шрила Шридхар Махарадж был шокирован, он сказал, разве ты не сказал, что твое место Кадам-Канди?

Иногда мы просим что-то у отца или матери и говорим ему, он аккуратно спрашивает, а что бы ты хотел, чтобы тебе подарили на день рождения? Или что тебе не хватает? Как правило, родители дарят на день рождения или какие-то, ну не родители, а плохие родители или какие-то не очень хорошие друзья. Не очень хорошие друзья дарят на день рождения книгу, которую либо уже прочитал, либо она просто валяется дома. Кто-то дарит то, что ему нравится дома. Муж думает, подарю-ка я жене пельменницу. Будет мне пельмени делать.

Но когда речь идет о том, когда возлюбленные или близкие друзья хотят удовлетворить друг друга, или те, кто связаны друг с другом какими-то духовными узами, они хотят узнать чувства и дать то, что они могут дать. И вот Шрила Сарасвати Тхакур, он дал Шриле Шридхару Махараджу это место, Кадам-Канди, и перед этим он сказал, «Ты пойдёшь на береги Годавари, и там ты найдёшь место, где Рамананда встретился с Махапрабху, и там ты установишь матх». И Гуру Мухарадж открыл этот Рамананда-Гаудья-Матх. Он до сих пор существует там, на месте встречи Шри Чайтаньи Махапрабху и Рамананда Рая.

Но Гурудев сказал, что мы когда-то часто приезжали туда. Часто, несколько раз мы приезжали туда, когда Гуру Махарадж открыл храм в Мадрасе и он открыл храм на берегу Годаври. Но этот поток Годаври, мы говорим, «нармадесинду Кавери Джалисмин Санитин куру», одна из священных рек Индии – это Годавари. Она описана в Рамаяне и в других писаниях. Но там состоялась беседа. И Шрила Гурудев часто говорил, что если вы хотите узнать о вайшнавизме, о идеях вайшнавизма, если вы в «Мадья-лиле» прочитаете эту беседу, то вы увидите суть сознания Кришны. Потому что часто мы хотим знать будущее или мы хотим заниматься религией, исполнять религиозный долг, или даже карма-йогу, или даже что-то пожертвовать, или даже гьяна-йогу, обрести какое-то знание. Но Махапрабху сказал это все что-то поверхностное. Он сказал, что наше сознание Кришны начнется только тогда, когда мы будем открыты для слушания.

Шути-ка там, ама-нама, опера.

Не существует ничего в этом мире, что мы могли бы предложить Высшему миру, кроме нашей способности слушать об этом удивительном мире. И так Нарада обвинил Вьясу в том, что Вьяса только запутал людей в религии, записав все Веды. Нарада сказал Вьясу, ты записал все Веды, но ты только запутал людей. Ты дал им некую возможность счастливо существовать в мире материи, в итоге достичь мокшы, отстраниться от материи. Ты дал им некую перспективу мирского счастья через Веды, наслаждение, чувства, арта, кхама, дхарма, мокша. А потом ты дал им идею мокши, что когда уже чувства ослабеют от старости, нельзя будет наслаждаться, уже последние вдохи и выдохи, уже язык притупится, глаза ослепнут, физические дела. Мокша, отстраниться от всего, уйдет на пенсию и с помощью медитации, практики уйти в не проявленное. И что тогда будет, говорят Веды? Тогда, даже достигнув уровня Брахма-нирваны, живое существо, оно все равно вынуждено, либо опять проявить свою индивидуальность в татаста-шакте, но если главное, отсутствия любви Кришне, Кришна-премы, нету, то душа опять упадет в мир материи.

Так сказано, что, пробыв долгое-долгое время в сне, в бессновидении, в татаста-шхакти, в Брахмане, душа вновь возвращается в мир материи, начинает свою деградацию с самого начала и может деградировать до низших форм жизни, до минералов. Так душу называют вечно обусловленными.

Но Кришна-према – это то, что обогатит душу, это то, что придаст ей новое качество, ровно так, как если мы возьмем берил и насытим его энергией, изотопами, он станет изумрудом, тогда его ценность приобретет в тысячи и тысячи раз. Тогда берилл, столь бледный, неприглядный, большой кусок минерала превратится в драгоценный изумруд, который не будет иметь цены. И с точки зрения эволюции, чтобы из берилла сделать изумруд, надо, чтобы он пролежал на какой-то глубине давления, миллионы лет. Бриллианты, по сути дела, это древесный уголь, но время и давление делают из них алмазы. Но даже этого недостаточно. Алмаз должен попасть в руки точильщика, который сможет проявить его красоту и качество. Но, если говорить о дживе, о душе, то душа, она многие миллиарды жизней странствует в различных формах живых существ, и до тех пор, пока не соприкасается с сознанием Кришны. И если даже душа соприкоснулась с сознанием Кришны, то вовсе не значит, что сразу же она останется совершенной. Речь идёт о вере, вера даже, не вера в себя, что я совершенный, а вера в Господа.

Поэтому в беседе между Раманандой и Махапрабху, речь не идёт о той самой эволюции, с помощью которой долгое-долгое время душа, действуя рецептом различных священных писаний, должна обрести совершенство. Речь идёт о ягье. Когда-то мудрецы могли совершить Го-ягью или Шваметха-ягью. Они могли взять лошадь или корову и, убив её, перенести её тело в другое совершенное, в мир сознания. Тогда это животное, в процессе того, как его предлагали, в ягье, в жертву, оно могло перепрыгнуть через многие миллионы лет, перерождений, эволюций, лишь только потому, что жертва была совершена ради Вишну.

И таким образом, Сарсвати Тхакур открыл Гаудья-Матх, потому что он хотел предложить эти души Кришне. Позже Прабхупад и Гуру Махарадж, продолжили это. И Гуру Махарадж объяснил, что там начинается сознание Кришны, где существует ягья, жертва, и где душа, она отдает свою свободу, свободу своего деферентного выбора, слушанию Харе-катхи из чистого источника. Единственное, что мы можем сделать это, прийти к вайшнаву, чтобы слушать. Поэтому в Сарасват Матх, Гуру Махарадж сказал, что всё это через слушание

«Дживанти там мукари дамба вадиба ата станэ сти там шути ка там»

Это слова Брахма, и Махапрабху сказал, «Да, да, да, именно так душа обретёт высшее благо». Но с этого момента условия меняются. Все то, чем мы можем обладать с точки зрения своего религиозного, чувственного, интеллектуального опыта, не имеет никакой ценности. Лишь только способность слушать и внимать трансцендентному потоку, трансцендентному звуку, может быть нашим сокровищем. Что мы будем слушать и от кого мы будем слушать.

И Шрила Гуру Махарадж говорит, что даже если душа неквалифицированная, то слушая, даже о сокровенных играх Радхи и Кришны даже, но если вайшнав квалифицированный, тогда она обретёт величайшее благо, даже несовершенная душа. И мы видим, что Шрила Гуру Махарадж, который является уникальной личностью, не зря, Сарасвати Тхакур дал ему первое имя Рамендра, а дальше Бхакти Ракшак Шридхар, мы видим в его книгах, мы видим в его послании «Поиск Шри Кришны» Самые сокровенные идеи разлуки Кришны и Радхарани. Он описывает Курукшетру, он описывает умонастроение Махапрабху, он пишет столь сокровенные шлоки о переживаниях Махапрабху, Кришна-премы.

Казалось бы, что только несколько квалифицированных, такие как Сварупх Дамодар, Харидас Тхакур, Гадатхар Пандит, но это приходит к нам, потому что это приходит из его уст. Он бхакти-ракшак, он не осквернит, он не опошлит, он не покажет нам какие-то пошлые формы сознания Кришны, которые столь восхитительны чувствам сахаджи или имитаторов, или нашему уму. Мы хотим часто что-то вымышлить.

И он может показать нам столь совершенные переживания, столь простым, совершенным образом, совершенно не затрагивая наше нездоровое чувственное стремление к обладанию противоположным полом или контролю над этим миром. Он может показать это, как это показывает учитель на уроке биологии без вульгаризма. И он делает это, но столь проникновенно, столь прекрасно, что это можно назвать не уроком биологии, а скорее уроком искусства, уроком преданности. И Шрила Сарасвати Тхакур был очень счастлив, уходя, он сказал, что в мире хотя бы несколько человек, хотя бы один человек может понять, зачем я пришел в этот мир. Потому что идея Сарасвати Тхакура вовсе не стояла в том, чтобы построить радостный духовный мир здесь, в мире смерти.

Есть такой вулкан, который называется Везувия, а вам предлагают построить прекрасный город, который называется Помпея. Потом художник рисует, что он рисует картину? Последний день Помпеи. Это не была идея Сарасвати Тхакура, это не была идея Шридхара Махараджа. Поэтому с этой точки зрения мы можем сказать, что они жили в мире идей, как Диоген или другие мудрецы, которые прожили в бочке, они могли сказать Александру Македонскому, единственное, что вы можете сделать, это лишь отойти в сторону от меня, чтобы не заслонять мне солнце. Потому что мир идей, он столь прекрасен и столь совершенен.

И вот Шрила Шридхар Махарадж, он однажды, когда путешествовал во Вриндаване, он так и не мог понять личность Сарасвати Тхакура и его духовную природу. Но однажды Сарасвати Тхакур ему показал свою духовную природу. И, как правило, сахаджи могут описать некую сказку красивую, когда гуру, старый дедушка вдруг превращается в Кришну, или в гопи, павлины.

Но Шрила Шридхар Махарадж описал это по-другому. Он сказал, что однажды он хотел занести его падуки, его сандали в его комнату. Я взял его сандали и отнес к нему в комнату. Это было на Говардхане. Но Шрила Сарасвати Тхакур был очень бескомпромиссным человеком. Он, в отличие от нас, не особо любил принимать служение себе. И обычно он всегда сам брал свои сандалии. Он не любил, чтобы кто-то прикасался к его сандалиям. Он был очень бескомпромиссным человеком. Сказано, что когда он забыл предложить манго и съел не предложенное манго, после этого в детстве он отказался от манго. Также сказано, что он дал себе заруб не прикасаться больше, чем на столько-то шагов к сахаджи. Когда Бхактивинод сидел с одним из сахаджи, бабаджи, он сказал, о, это твой сын, почему же он к нам не подошел. Бхактивинод Тхакур сказал, он дал зарок не подходить к сахаджиям ближе, чем на столько-то шагов. Я явно не сахаджи, а ты. И Бабажан сказал, он был очень удивлен. Итак, однажды, когда Шрила Шридхар Махарадж взял обувь Сарасвати Тхакура. Сарасвати Тхакур не был удовлетворён этим внешне, но Гуру Махарадж был столь смиренной, предавшийся душой, что Сарасвати Тхакур повернулся к нему и сказал ему только одну фразу «Зачем ты это сделал? Это моё служение». И Шрила Шридхар Махарадж сказал, что «в этот момент я услышал голос другого мира, это был другой голос. Это не был голос, который настроен в интонациях добра и зла, эмоций, да, часто мы говорим, нам нужно подобрать голос для радио, для записи. Это был голос того мира, и в этот момент Шридхар Махарадж увидел Сарасвати Тхакура через его голос, через звук, понял, что, то существо, которое внешне играет роль учителя, на самом деле это какое-то очень нежное существо, совершенное существо, но это один из обитателей того мира, который в какой-то момент не смог скрыть себя от преданного.

И также в Рамананда-самваде мы увидим, что, обсуждая всё глубже и глубже, антологию, Рамананда говорит прекрасную шлоку. Он говорит, что сейчас он видит перед собой саньяси, но это лишь только внешняя форма. То, что он говорит, это внешнее. Я не вижу на самом деле. Это не саньяси, который сидит передо мной и мне рассказывает, задает мне вопросы о духовной жизни. Я вижу в тебе на самом деле не одну, а две личности. Одна темная – это Кришна, а другая светлая – это Радхарани. И Шрила Гурудев говорит, что Кришна не смог спрятаться от своего преданного. Если мы говорим о том, чем занимается Кришна, то с таким преданным, как Бильвамангал Тхакур, который ослепил себя, специально для того, чтобы играть в прятки. Кришна играет в прятки.

И очень часто мы говорим такую материалистическую идею, типа, когда ты мне явишься? Как говорят, одна гопи, она сделала из банановых листьев гирлянду для Кришны и сказала, если он её не примет, я, по крайней мере, съем её. Мы всячески пытаемся сказать, ну, может, с Кришной не пришли, зато неплохо поколбасились. Было не так уж плохо жить на берегу, во дворце на Финском заливе. Кстати, кухня была неплохая, хоть и вегетарианская. Иногда наливали по чарочке где-то за забором, там можно было покурить. Так что не всё так было плохо в нашей духовной жизни. Но это не условие игры в прятки с Абсолютом. Это, скорее всего, условие того, что мы многие жизни не готовы соприкоснуться с ним.

Но для того, кто действительно находится на этом уровне, таких как Джайдев Вичаспати, когда Джайдев написал одну из своих самых сокровенных шлок о любви к Кришне, Он подумал, что это слишком, это мой ум, это мой поэтизм. И он выбросил эту шлоку. Но Кришна принял форму Джайадева и написал опять. И сказал своей жене, которая была его редактором, «Все-таки я думаю, что это правильная шлока». И когда настоящий Джайадев вернулся с Ганги, и увидел, что не только Кришна принял его облик, и беседовал с Падмавати о поэзии, съел его еду, так как Кришна склонен украсть йогурт, написать у вас в прихожей, и вы будете счастливы, накакать вам под дверь, если надо. И если у вас к этому будут какие-то внешние вопросы, если вы скажете, что это возмутительно, то нужно понять, что все обитатели Вриндавана, их возмущение лишь внешнее. Как, как это происходит? О, это очень хорошо. Поэтому, если нету столь глубокого совершенного чувства, то Кришна не будет играть с нами в прятки. Мы будем играть в украинскую игру, которая называется "Думки" или по-русски называется "Себе на уме". Да, то есть мы там все на себе на уме будем гонять, но мы будем очень далеки от реальности.

Вот, мы столь удачливы, что все то, что записано в «Чайтанье Чаритамрите», описано в этой великой беседе, каждый раз говоря о Рамананда-Самваде, мы не говорим о её содержании, потому что, говорить о её содержании – это другая квалификация, это некая квалификация наших учителей. Но, тем не менее, Гуру Махарадж говорил, что любой, кто прочтёт эту историю в Мадье-лиле, если он будет читать это не в умонастроении гьяны, если он будет читать это с верой, то он получит высшее представление о сознании Кришны.

И это говорит о том, что милость, которую проливает Господь, не является чем-то ограниченным. Это не то, что Господь решил пролить сознание Кришны второго или третьего сорта, а сознание Кришны первого сорта Он припрятал. С одной стороны, мы можем так сказать, но с другой стороны, мы можем сказать, что если мы стремимся к этому потоку, мы можем обрести самое высшее. Но в этом обмене всегда очень важна одна часть, о которой говорил Гуру Махарадж Он сказал, что есть всегда две вещи – это сознание и жертва. И жертва должна присутствовать, и сознание должно присутствовать. Если они частичные, то результат будет частичный. Поэтому в писаниях говорится, что если «прапанам», предание частичное, то результат может быть частичный. Но если «прапанам», предание полное, тогда возможен полный результат.

И исходя из нашего положения, может быть мудрецы какие-то риши, йоги, могли частично предаться. Но те, кто не обладает ничем, как мы, у нас есть только один вариант – это полное предание. Но сказано, что душа, она постоянно совершает попытки. И если Господь, он видит, что душа совершает попытки. Об этом сказано в «Прапана-дживанамритам», если душа не оставляет совершать попытки. Потому что в «Прапана-дживанамритам» сказано, что тот, кто пытается предаться, в конечном итоге, вынужден будет признаться, что не может это сделать, потому что он эгоист и наслажденец. Но Кришна говорит, я знаю, потому что он настоящий преданный, он пойдет по пути самоисследования. И в итоге, если он настоящий преданный, он сделает один вывод, что никто не виноват, только я виноват. И этот вывод будет правильный, это не будет надуманное. И если преданный делает такой вывод, и он обретает смирение в результате осознания своей негативной природы, Тогда я сам вхожу в его сердце и освещаю его.