b.b.avadhut.mj. Nabadwip Sanatana Goswami 2

Санатана и Рупа являлись министрами Хусейна Шаха. И если Рупе удается сбежать из дворца, то Санатана попадает в тюрьму. Санатана Госвами отказывает Шаху участвовать в войне с Арисей и помогать ему и Шах бросает его в тюрьму и вместе с армией уходит с войной на Арису. Руппа и Санатана были величайшими людьми своего времени, и их богатство составляло несколько сот тысяч золотых монет. И перед тем, как оставить мир, они раздали это богатство храмам и брахманам, но часть денег Санатана Госвами оставил на случай, если будут какие-то проблемы. И вот когда Санатана очутился в тюрьме, он понял, что нужно решать проблему прямо сейчас, нужно бежать, иначе казнь неизбежна. Санатан предложил огромный выкуп тюремщику, но тюремщик очень сильно испугался и Санатан сказал все очень просто: «Все очень просто, я даю тебе огромные деньги, которые ты никогда не заработаешь нигде. Я хочу просто сбежать и стать дервишем в Мекке, все что тебе нужно сделать это просто сказать, что ты вывел меня в туалет на берег Ганги и я прямо в кандалах бросился в реку и утонул. И мое тело не нашли, и в конечном итоге жадность победила и тюремщик отпустил Санатана Госвами.

Санатана бежал, взяв с собой только одного слугу, которого звали Ишана Ишана, прихватившегос собой прихватил 8 золотых монет из жадности. Они пришли в горный район. А в этом горном районе жили разбойники, то есть древние местные аборигены, которые негнушались грабить паломников и убивать. И староста этой деревни он был старостой разбойников. И как только астролог предсказал ему, что у этих ребят есть сокровища, староста деревни очень подобрел, стал хорошим говорит проходите, поешьте, попейте. И Санатана, будучи политиком, понял, что нищих странников никто особо на халяву не кормит. Он спросил Ишана, он сказал, честно мне скажи, признайся, потому что мы в опасности смертельной. Деньги у тебя есть или нет? Я тебе говорил, не бери с собой деньги. И Ишан сказал, что вот у меня там 8 золотых монет. И Санатан сказал, если бы ты сейчас бы мне не признался, мы бы погибли уже вечером. Он тут же взял эти деньги и отнес к старосте и сказал вот золотые монеты, которые были у моего слуги, на самом деле я заключенный, который сбежал от Хусейн-Шаха, забери эти деньги и переведи меня через горы. И этот деревенский староста, он сказал, что я был готов тебя убить сегодня, но ты спас меня от греха, к тому же я вижу, что ты очень чистая личность, поэтому я тебя переведу через гору, но денег с тебя не возьму. Санатана Госвами сказал - «Если ты у меня не возьмешь эти деньги, то в любом случае кто-то другой попытается забрать, поэтому лучше ты меня освободи от этого бремени. И староста видя, что это особая такая личность, транцендентная, он собрал людей и очень быстро перевел на границы другого государства. Таким образом, Санатан Госвами оказался в направлении к Арисе. И в то время между Арисой и Бенгалом, отсюда, от Навадвипа до Пури, идти примерно 30 дней пешком. Мы едем в Пури. Бенгальские вайшнавы во времена Махапрабху собирали коробочки, зонтики деревянные и шли в Пури. Они шли, пели все это время и по дороге они останавливались в разных деревнях. Естественно, в то время в Индии была культура. Мой один друг, который с нами был во Вриндаване, он рассказывал, что мой дедушка помнит — никогда, нигде не продавалось в Индии еда, не было такого, что гостиница и еда. В Индии была такая ситуация, что если ты садху, ты путник, то ты приходишь в любой дом, а каждый домохозяин должен принимать гостей. Кафе на дороге в Индии появилось не больше, чем 100 лет назад. Когда появился первый в Индии ресторан, слово еда обозначало, что ты приходишь, тебе дают рис, сабжи и так далее. То есть не было такого, что это стоит все по отдельности, потом это уже превратилось в отдельное меню. То есть сама по себе идея, уклад ведического общества даже еще в те времена был таков, что путники, они могли получать прибежище у домохозяев и в соответствии со своим уровнем путники останавливались в разных домах.

Поэтому когда мы путешествуем по Индии, мы видим например синие и голубые дома, зеленые дома. Знаете, что это обозначает? Каждый цветом выделены определенные дома, потому что определенные брахманы, в определенной касте живут в определенных домах. Путники могли останавливаться в тех или иных домах. И хозяева делились с ними едой, поэтому сама по себе идея того, что я живу для себе, она не существовала, потому что домохозяин в какой-то момент тоже должен был превращаться в слугу и служить гостям. И таким образом те садху, которые путешествовали, и те домохозяева, которые служили гостям, они постоянно ходили с неким духовным обменом. И вот Махапрабху со своими спутниками путешествовал в Пури, и это было может быть больше чем месяц, и это была группа около двухсот человек, и ее возглавлял Шивананда Сейн. И Шивананда Сейн был очень трансцендентной личностью.

И вот история в Чайтанье Чаритамрите о том, что к санкиртану преданных присоеденилась собака, и Шивананда Сейн сказал этой собаке "Пошли с нами". Когда они пришли на переправу, лодочник сказал: "Я собак не катаю в своей лодке, собака - низкое, оскверненное животное." И Шивананда Сейн пришлось заплатить в три раза дороже, чем за человека. Когда лодочник сказал "Да вы что, я собак не катаю", Шивананда Сейн сказал - "А за 100 рупий?" Лодочник сказал - "А это другое дело" В Чайтанье Чаритамрите описывается такая история, что когда Шивананда Сейн шел с группой, он обслуживал всех вайшнавов и в группе преданных были Адвейта, Нитьянанда Прабху. Нитьянанда Прабху был совсем в таком трансе самоосознания. Шивананда Сейн должен был прийти в деревню, всех распределить по квартирам, покормить. И однажды, когда все преданные шли, пили "Харе Кришна, Харе Кришна...", а там были толы, толы - пять рупий. Нужно было заплатить деньги, и все шли. И когда Шивананда остановился, а с садху денег не брали, с Махарабху денег не брали, и Шивананда Сейн должен был ругаться с этими таможенниками, типо кто садху, кто не садху. Нитянанда Прабху шел в золотых перстнях, в трансе любви. Таможенники говорили: «А этот? У него же золотые перстни на руках, какой же он садху?» И Шивананда Сейн должен был ругаться, объяснять и проповедовать. И он укатывал каждый пост, сколько с него слупит. И в какой-то момент однажды на него очень сильно наехала таможня. Шивананда Сейн опоздал на два часа. В это время Нитьянанда Прабху сидел прямо в деревне под деревом и ждал.

Рядом сидела Шивананда, его жена и дети. Нитьянанда Прабху сидел, ему было скучно, подмигнул кому-то из преданных и стал говорить: «Где этот жалкий Шивананда Сейн, наверняка чем-то объедается сейчас. Вот мы здесь сидим голодные, не помывшиеся. Наверняка он обошел деревню с задней стороны, уже где-то сидит в доме старосты, ест рис. И сейчас, когда он набьет себе кишку, отдохнет, помоется, тогда он скажет, "Ну давайте, размещайтесь". Жена сидит в полном шоке. И он говорит - "Нет, достали эти грехаски, никогда я больше с ними не буду путешествовать, прокляну его конкретно, пускай его сыновья умрут, кстати где они". В это время Шивананда Сейн возвращается. И такая картинка: сидит Нитянанда Прабху, возвращается Шивананда Сейн и падает к стопам Нитьянанды - «Прости Прабху, прости Господь, прости, я задержался там на переправе, все уже договорено, уже все хорошо, комнаты вас ждут. И Нитьянанда Прабху закричал - «Ах, ты задержался на переправе», он взял и ногой пнул его, толкнул и сказал - «Убирайся отсюда, ты нам не нужен» И жена Шивананда Сейны закричала: «ааа Нитьянанда Прабху нас проклял, наши дети умрут!» И Шивананда Сейн ответил - «Замолчи, так и должно быть, если я не смог удовлетворить Нитьянанду Прабху, значит я должен идти в ад, пускай моя семья умрет». Такое было чувство Шивананда Сейна.

Мы видим, какова его вера, какова вера его в преданных и в вайшнавов. И сказано, что иногда Господь, когда он очень расположен к преданному, он может его похвалить. Но только очень-очень близких преданных Господь может наказать. Так же Гурудев говорил, я могу хвалить всех преданных, но наказывать я могу только очень близких. Потому что только очень близкие преданные, они могут принять мое наказание.

И таким образом мы видим, что эти истории, они иллюстрируют для нас уровень того, как мы должны относиться. Мы не можем имитировать этих святых личностей, но мы видим, каков их уровень веры, какой их уровень самопредания, уровень само отдания.